Михаил Разумовский знаком зрителю по фильмам «Бандитский Петербург», «Странствия и невероятные приключения одной любви» и др. На подходе новая картина с его участием – «Банкирши»…
Пополнив ряды актеров-красавцев, Разумовский оказался востребованным в нише, которая долгое время пустовала. Когда-то в ней блистали Янковский, Абдулов, Басилашвили, но стоило им перейти в иную возрастную категорию, как образовался устойчивый дефицит. Ярких плечистых мачо предостаточно, да и молодое поколение актеров все прибывает, а такие, что оставляют впечатление из разряда «красота + интеллект», по-прежнему редкость. Есть и умные, и чертовски обаятельные, и по-своему интересные мужчины, но чтобы все ахнули – «Красавец!». Почти нет. Вот появился Разумовский, вызывающий недоумение у журналистов – удивительно скромный. Как-то нетипично для красавца…

– Михаил, вы часто слышите в свой адрес – «Красивый мужчина!»?
– Говорили и до сих пор говорят, но для меня это всегда было камнем преткновения. Начиная с театрального института меня тянули в герои-любовники, и тогда я даже думал: «Лучше бы был уродом». Но играл интересные роли! С тех пор я не выношу фразу: «Ты хорошо смотришься на сцене!» ХОРОШО СМОТРИШЬСЯ! Она ни о чем не говорит, только о том, что «у тебя путь определен, мальчик, красивых кукол играть!». Но есть данность, и через нее не перешагнешь. Евгений Леонов в конце жизни говорил, что знает, как сыграть Гамлета, но кто даст ему это сделать? У режиссера стереотип: Гамлет – молодой, симпатичный и, как минимум, с мозгами. То же и с «красавцами». Это драма многих актеров. Сейчас, слава Богу, я играю разные роли, а началось с того, что сыграл дебила в спектакле «Москва – Петушки». После этого все пошло иначе. Роли, направления стали меняться. Красота уже не мешает (улыбается), некоторый этап пройден, и можно начинать с другой ступеньки…
– У мужчин представление об идеале женской красоты часто формируется под влиянием какого-нибудь фильма – увидел актрису и…
– Если вы об этом, то я «увидел» Светлану Светличную в «Бриллиантовой руке»! Она и сама по себе красивая женщина, а в фильме так все было сделано, что она стала супер-секс-символом. Хотя тогда этого слова еще не было…
– Вы приверженец одного типа?
– Под настроение. В юности у меня был друг, у которого отец плавал в «загранку» и привозил Playboy на русском языке. Мы рассматривали картинки – все красотки, одна к одной, да еще и голые! Я решил сравнить и стал приглядываться к нашим женщинам! Но ни одной похожей! Не мог понять, в чем дело, а потом вижу – у наших взгляд другой…
– ???
– Это не моя фраза – «Все женщины – актрисы, а русские – преимущественно драматические». Почему «драматические»? У русских женщин такой груз событий лежит в душе, груз настоящего, в хорошем и плохом смысле. Нет этой небесной пустоты во взгляде…
– Вы избалованы женским вниманием?
– Конечно – мама с бабушкой воспитывали!
– А за пределами семьи?
– Как ни странно, нет. Если и было, я об этом не знал – на шею не вешались (улыбается). Но и «простоя» в жизни никогда не было. Начиная с 14-15 лет у меня не было такого, чтобы я думал: «Познакомиться бы с девчонкой!» Они шли одна за другой, иногда встречаясь между собой – разные были ситуации…
– Сейчас поклонницы досаждают?
– Если девушка в двадцатый раз приходит на мой спектакль – настораживает (смеется), но в этом смысле у меня мало неприятных встреч.
– Михаил, вы идете по улице, выделяете женщину из толпы… Признавайтесь, на что смотрите первым делом?
– На лицо, фигуру, а если иду за ней – естественно, сразу смотрю вниз (улыбается). Но потом мне интересно заглянуть вперед и узнать, как она разговаривает. Русская или не русская? Если она скажет мне: «Клево!», или «Как бы это», или «На самом деле» и прочие слова-паразиты, которыми кишит сейчас молодежная речь, для меня – все, как будто и не было девушки!
– Какой требовательный мужчина нынче пошел! Наш предыдущий герой сказал, что никогда не заговорит с женщиной, у которой носок на колготках перевернут…
– Нет, колготки – это такая маленькая частность! Я бы подумал, какой денек ей выдался с утра. Конечно, если женщина аккуратная, это снимает многие вопросы. Есть женщины, у которых такой стиль жизни – «выживание», хотя они и не живут на улице. Как правило, это связано со спиртным, и они – такие «друзья», «парни» в компании, опрятность и чистота их мало волнуют. Но это крайность. Есть, наоборот, «повернутые» на чистоте, и для них все положительные качества мужчины исчезают, если у него грязные ботинки. А подумать о том, что у него не всю жизнь грязные ботинки, а в силу сегодняшних обстоятельств? Он же не мог их пиджаком начистить! Надо глубже смотреть на вещи и представлять себя на месте другого человека…
– Умение входить в положение других – составляющая доброты…
– Я думаю, что это – составляющая ума.
– Что вас откровенно отталкивает в женщине и как она должна быть одета, чтобы привлечь ваше внимание?
– Мне не нравятся женщины, которые одеваются в стиле «унисекс» – ходят в длинных свитерах, «Беломор» в зубах, «пацаны» такие. Мне кажется, за этим всегда стоит какой-то внутренний раскардаш. Конечно, это талант – надевать на себя то, что тебе идет! Но хорошо, когда одежда не превращается для женщины в комплекс, по принципу: «Я не выйду из дома, если у меня не будет того-то и того-то к этой сумочке!» Тогда все в порядке. А когда на это тратится жизнь, это перекос. На мой взгляд, женщина может быть одета немодно, не стильно, но она должна быть аккуратной. Вот она просто села, ничего не делает, а вокруг нее уже оазис таинственной чистоты. Хотя это, наверное, высокие слова…
– Ваша трактовка понятия «идеал красоты»?
– На вкус и цвет товарища нет. Я думаю, идеала красоты нет, а те, кто ваял Венер из глины и мрамора, навязали нам свои идеалы. Мы видим готовые образцы. Откровенно некрасивых женщин нет ни на сцене, ни в жизни: есть много «уловок» – грим, парики, костюмы…
– Вы продумываете собственный имидж?
– Никогда! Главное – чтобы был не очень грязно одет (смеется).
– Но головные уборы любите…
– Да, у меня есть шапочка – на ней картинки: чижик-пыжик на рюмке сидит, мосты разводятся, салют, решетка Летнего сада, лев с мячиком и сфинксы. Очень питерская шапочка! Когда был на гастролях в Татарстане, в Набережных Челнах, местные ко мне пристали: «Продай тюбетэйка!» Я им говорю: «Да не тюбетейка это, а шапка!»
А они: «Все равно. Продай щапка!» Вот так.
– Расскажите о «Банкиршах», новом фильме с вашим участием.
– Это криминальная мелодрама, история жизни двух сестер, старшая из которых и есть «банкирша».
– Вы ее очаровываете?
– Нет, по сюжету мой герой, сотрудник ФСБ Андрей Табанин, влюблен в младшую, будущую художницу, которую играет Александра Шевчук.
– Вы уже сделали для себя вывод, где больше счастья – в стабильной жизни с работой с 8 до 18 или в ненормированной, актерской?
– Отношение к жизни делает людей счастливыми или несчастными. Есть такая пьеса Джона Бойнтона Пристли, называется «Скандальное происшествие в Брикмилле». В ней преуспевающий банкир, от которого зависит жизнь не только его самого, но и многих людей вокруг, ни с того ни с сего бросил все и начал кататься на роликовых коньках и играть половецкие пляски на барабанах. И окружающие ничего не смогли с ним поделать! Он сказал им: «Настоящая жизнь, которая человеку нужна, более бедная и простая, но интересная! Отныне я буду заниматься тем, что мне интересно, встречаться только с интересными людьми!» В итоге вместе с ним все встали на ролики. Но, знаете, я думаю, правы и те и другие – человек сам должен выбрать, что для него важнее. Потому что делать все что хочешь, в свое удовольствие невозможно и иногда неправильно. Иначе представьте, звонит человек в милицию: «Спасите, убивают!» А ему говорят: «Подождите, мы сейчас в карты доиграем – такая классная игра, и приедем!»
Думаю, что человек, которому с самим собой не скучно, уже счастлив. Можно быть одиноким в компании людей, а можно быть счастливым в одиночку. Жалею, что люди сейчас перестали писать письма друг другу. Я умел это делать, но кому сегодня писать? Позвонил – и все. А для молодого поколения, к сожалению, самое большое сочинение – SMS!
– Вы могли бы назвать себя дон-жуаном?
– Нет, но я знаю, что такое «женская логика» и что от женщин всего можно ожидать. Иногда я разговариваю с ними, как минер, иногда – как сапер, а иногда – как разведчик. Порой женщина сразу бывает настолько открытой, что хочется идти с ней в разведку, в поход, куда угодно, а потом уже говорить о сокровенном…